Портал-Credo.Ru: Рамиль- хазрат, Вы недавно стали имам-хатыбом мечети Кул-Шариф, восстановленной к тысячелетию Казани. Говорилось о том, что эта мечеть станет средоточием так называемого "евроислама", о котором сейчас в Татарстане много говорят и как-то пытаются даже культивировать его в практике. Что Вы понимаете под "евроисламом", согласны ли с тем, что именно он наиболее созвучен духу нашего времени?

Рамиль-хазрат Юнусов: Я могу сказать одно, что если под "евроисламом" понимается коренная реформация, ломка всего вероучения нашей религии, то я с этим категорически не согласен. Ислам полностью не может быть реформирован, ибо он есть законченный вид идеологии, законченный вид, скажем так, научной доктрины, которая была не придумана или сформулирована кем-то из людей, а ниспослана. Это есть Божественная наука, Божественная идеология. Хотим мы этого или не хотим, мы должны принять эту систему вероучения таковой как она есть. Но ислам, по сути, религия очень гибкая, поэтому в различные эпохи в течение полутора тысяч лет ислам мог распространяться на разных континентах и среди разных народов.

Да, наука, высокие технологии приходят к нам с Запада. Есть западная цивилизация, есть восточная цивилизация. Но сегодня ислам очевидно в своих средневековых формах, и даже в тех формах, в которых он существовал в начале минувшего столетия, переживает глубокий кризис мысли. Сегодня мы должны менять свое мнение, мироощущение по отношению к реальной жизни. Мы, мусульмане, не должны жить по средневековым учебникам (хотя в них содержится и много полезного), а с учетом реалий современного мира. Я считаю, что мусульмане сегодня должны опираться на четыре составляющие – Коран, Сунна Пророка, народные традиции и достижения современного мира. Вот опору на эти четыре столпа, я и понимаю как "евроислам", еще его обозначают термином джадидизм. В исламе есть вещи неизменные – пять столпов веры (единобожие, молитва, пост, закят, хадж), основополагающие морально-этические положения (грех, загробное воздаяние и т.п.). Это канон, это не должно меняться. Но есть вещи и второстепенные в том же шариате, которые мы можем менять , сообразуясь с духом времени. И нынешняя наша деятельность как в мечети Кул-Шариф, так и в целом в обществе, направлена именно на развитие этой тенденции в исламе.

– Значит, настала пора открыть врата итджитихада? (В суннитском исламе то или иное богословско-правовое решение сегодня можно выносить лишь на основе толкований (итджитихада) сделанного авторитетными богословами первых веков ислама. Самостоятельные решения без опоры на эти авторитеты не допускаются. Отсюда и выражения о "закрытых вратах итджитихада"-Портал-Credo.ru)

– Недавно я получил письмо с вопросом, разрешается ли по мусульманским канонам трансплантация органов от умершего человека живому. Это требует от нас современного подхода к шариату, который, как известно, сформировался в средневековье. Сегодня нам также задают множество вопросов по ипотечному кредитованию, многим видам страхования и т. п – в, общем по сюжетам, которые в средневековье не могли быть подробно "расписаны". Но мы стараемся давать ответы на эти вопросы, черпая аргументацию, прежде всего, в Коране и Сунне, а также основываясь на мнении современных ученых и специалистов.

– Вы – имам-хатыб, то есть тот священнослужитель, который не только ведет молитву, но и читает проповеди. Не кажется ли Вам, что мусульманская проповедь, особенно это касается суннитской традиции, страдает неким начетничеством? Обычно, проповедник строит ее следующим образом – цитата из Корана, цитата из хадисов, и минимум личного, минимум комментариев. Часто не чувствуется осмысления, прохода через сердце всего сказанного.

Вы знаете, я бы не спешил говорить "за всю Одессу". Она очень велика…. Если говорить в частности, да, эта проблема существует. Но это проблема имеет и объективные причины. Большинству из мусульманских учебных заведений здесь в Татарстане, да и в целом по России не более 10 лет. а казанскому исламскому институту – всего 5 лет. За это время мы смогли подготовить в какой-то мере богословов, но как следует поработать над тем, чтобы они знали реалии современного мира, умели найти ключи к умам и сердцам слушателей, пока не смогли. И второй момент, хатыб должен обладать каким-то особым даром от Всевышнего. Этот дар или есть, или его нет. Здесь только изучением Карнеги не обойдешься. У человека должно быть внутреннее чутье публики, нужно внутренне представлять, кто перед тобою стоит, и что хочет услышать. Даже есть такой мудрый хадис пророка Мухаммада: "Для каждого слова есть свои слушатели". Часто бывает, что грамотный и образованный священнослужитель совершенно непонятен верующим, будто на другом языке говорит. Имам должен знать, не только глубины богословия, но, не в меньшей мере, и того, кто его слушает. И тогда его слова будут восприняты. И, наконец, – хутба должна исходить из глубин сердца. Для имама та проблема, о которой он говорит, должна быть пережитой проблемой. Если же для него это всего лишь страницы конспекта проповеди проповеди, это не дойдет до людей.

– Несколько, может быть, выпадающий из общего контекста вопрос. Все-таки европейская цивилизация – это цивилизация идентифицирующаяся, прежде всего, как христианская. И попытка сформулировать так называемый "евроислам" может быть воспринята как некое проявление капитуляции ислама перед Западом.

– Я должен сказать, что не приемлю в качестве обособленного термин "евроислам" или нечто ему подобное. Есть ислам – единое, целостное вероучение. Но в то же время считаю, что мусульманский мир может и должен заимствовать у Запада его достижения в науке, культуре обустройства жизни. В свое время Мухаммад повелел одному из своих сподвижников, Зейду… выучить иврит. Для чего? Потому что у иудеев было много знаний, которые мусульмане хотели использовать для развития своего общества. Позднее, когда ислам шагнул за пределы Аравии, он стал использовать потенциал индоиранского научного и культурного наследия. Воплощением этого является личность Ибн Сины (Авиценны). И тогда же появился хадис: "Ищите знаний даже в Китае", не в смысле поиска религиозной истины, может быть альтернативной исламу, а для получения знаний прикладного характера. А тогдашний Китай был, говоря современным языком, в авангарде прогресса. Если эта наука позитивна для ислама, то мы можем черпать знания даже у тибетских монахов. Кстати надо учитывать, что европейская культура в своих основах имеет и наследие средневековой арабо-мусульманской Андалусии.

–Воспринимаете ли Вы всерьез проект "русский ислам" возможность выразить исламское вероучение в понятиях русского языка, русской культуры?

– Это явление существует, хотя в других регионах это замечено сильнее чем в Татарстане. Всем известны примеры обращения к Исламу таких представителей современной русской интеллигенции как бывший священник Али-Вячеслав Полосин, переводчица смыслов Корана Валерия Порохова. Появляются классические и новые переводы Корана на русский язык, причем надо заметить, что в этом смысле русские обогнали татар, у нас с современными переводами дела обстоят куда хуже. Русские, таким образом, читая Коран, воспринимают его как свое. Однажды мне позвонил один настоятель церкви и спросил, почему Пушкин так глубоко проникся Кораном, но не Евангелием. Я ответил, чт, во-первых, в жилах Пушкина течет кровь "арапа" Петра Великого, Ибрагима. А во-вторых, Пушкин в его время читал Коран в поэтическом переводе Веревкина и поэтому в священной книге мусульман Пушкин увидел, прежде всего, поэтическое произведение. А к прозаическому повествованию Евангелия у него, видно, душа не легла.

Беседовали Александр Солдатов и

Валерий Емельянов, "Портал-Credo.Ru".

Казань-Москва

http://www.portal-credo.ru/site/?act=authority&id=378